04.06.2009

«Терминатор: Да придет Спаситель»: аста ла виста, Арни

Фантастический боевик «Терминатор: Да придет Спаситель» — это четвертая картина о войне людей и роботов-убийц, первая шумная премьера наступившего лета и один из самых ожидаемых фильмов года. При ближайшем рассмотрении кино оказалось из категории «про войну», с впечатляющими батальными сценами, частой стрельбой и периодическими драками, что же касается продолжения истории, то оно вышло с очевидной натяжкой.

Если не сравнивать работу режиссера МакДжи с «классическими» первыми двумя «Терминаторами» Джеймса Камерона (а сравнивать, конечно, будут, и эти сравнения наверняка получатся не в пользу нынешнего фильма), то все получилось не так плохо, как могло бы. Но это только в том случае, когда картину смотрят не как продолжение популярной франшизы, а исключительно как отдельный фильм — как бы не старались создатели по максимуму подмигивать фанатам «Терминаторов» многочисленными «штучками», типа фразы «Я вернусь» (I’ll be back), вложенной в данном случае в уста Джона Коннора, «Guns’n’Roses», внезапно, хотя и предсказуемо загрохотавших из старого приемника, и прочими намеками на тему: «мы свои, нашенские». Появление же подвергнутого цифровому апгрейду губернатора Калифорнии Арнольда Шварценеггера (да, не обманули, он есть, как новенький, только не настоящий, а нарисованный на компьютере), так и вообще встречают аплодисментами. Кроме того, имеется голос Сары Коннор, мамы Джона, звучащий с магнитофонной пленки, и ее фотография, на которую с грустью смотрит сын. Но это все как раз относится к тому, без чего и так не особо известного режиссера МакДжи могли бы распять или придать анафеме миллионы зрителей, знакомых с первоисточником. Для тех же, кто либо не знаком, либо подзабыл, есть вступительные титры, вкрадчиво вводящие в курс дела. Искусственный разум, сеть «Скайнет» развился до такой степени, что принял решение в духе Бендера из «Футурамы» — убивать людей как опасных существ, для чего была нанесена серия ядерных ударов, уничтоживших значительную часть человечества. Те, кто смог выжить после Судного дня, организовали Сопротивление и ведут затяжную партизанскую войну с разнообразными и постоянно совершенствующимися роботами-терминаторами, производство которых «Скайнет» поставил на поток.

На дворе 2018 год, Джон Коннор (Кристиан Бейл) стал неформальным и весьма влиятельным лидером Сопротивления, партизанским полевым командиром, совершающим ратные подвиги и поддерживающим боевой дух соратников «радиообращениями к нации», точнее, к тому, что от нее осталось. Тем временем из далекого для обозначенного времени 2003 года прибывает некий Маркус Райт (Сэм Уортингтон), осужденный тогда на смертную казнь и пожертвовавший свое тело больной раком Серене Коген (Хелена Бонэм Картер) в обмен на ее поцелуй еще в прологе. Появляется в 2018-м Маркус вполне «по-терминаторски»: голый, среди бури-урагана, и с заимствованием шинелки с плеча мертвого бойца Сопротивления. Что сразу наводит на мысли о его не совсем человеческой природе, разрешение которых наступит ближе к середине картины. Хотя и раньше можно было догадаться, что это «ж-ж-ж» неспроста. Отряду Коннора удается добыть в бою ценную информацию, благодаря которой можно перехватывать частоты, на которых отдаются приказы терминаторам, и даже управлять ими. Руководство Сопротивления узнает о том, что «Скайнет» готовит уничтожение ключевых фигур среди людей, в списке тех, кто будет устранен в ближайшие дни, имя Коннора стоит вторым — сразу вслед за возглавляющим его Кайлом Ризом, тем, кто, как известно из предыдущих частей, вернувшись в прошлое, станет отцом Коннора. Но пока Кайл (Антон Ельчин) — это юноша, который подручными средствами воюет с роботами и пестует маленькую, но смышленую немую негритянскую девочку по имени Кроха. Он встречает Маркуса и на пару с ним отправляется на поиски команданте Коннора. По дороге они отбиваются от мотоботов (одно из новшеств сериала — боевые мотоциклоподобные роботы), а вот гигантского Терминатора, определенно позаимствованного из «Трансформеров», одолеть не удается, и Риз вместе с целым поселком мирных граждан, скрывавшихся в катакомбах, попадает в плен к врагу. Маркус достигает лагеря Сопротивления вместе со спасенной им дружественно настроенной чернокожей красавицей-парашютисткой Блэр Уильямс (Мун Бладгуд). Встреча партизан с Райтом получается вовсе не теплой — супруга Коннора Кейт (Брайс Даллас Ховард), оказывавшая первую помощь пришельцу, обнаруживает, что он — киборг, гибрид человека и робота. Осталось понять, кто он, враг или друг, почему он помогал людям, если сам при этом — не совсем человек.

Кроме мотоботов и киборга Маркуса Райта среди нововведений особенно запоминаются гидроботы, агрессивные водоплавающие роботы: так и ждешь, что одна из хищных железных тварей вдруг закричит: «Я креведко!», прежде чем цапнуть. А вот постоянные вопли «Кроха, Кроха!», издаваемые Кайлом, как и сам объект этих воплей, символизирующий собой светлое будущее человечества, уже где-то к середине картины начинают изрядно доставать — тем более что это немного неоригинально. Но это так, к слову. В остальном же МакДжи снял крепкий экшн, наполненный мрачными картинами мира после апокалипсиса, увлекательное кино, в котором совсем не осталось места юмору и рассуждениям, но зато есть что-то такое, что позволит, отвлекаясь, как уже говорилось, от предыдущей истории, создавать новую. Которая может быть хорошей, плохой, красивой, уродливой — но будет другой, и с тем временем, когда Шварценеггер был сначала плохим роботом, а потом стал хорошим, у нее нет ни капельки общего.

Алексей Леонидов