!!! Ходорковский и аншлаг

— Что ты меня в подвал какой-то тащишь? — наигранно пеняет своей взрослой дочери женщина лет сорока пяти, спускаясь по крутым ступеням клубного кинотеатра «Кинематограф».

— Уходим в подполье, мам! — отшучивается девушка, распахивая перед ней дверь в помещение.

«Кинематограф» — это от силы пятьдесят квадратных метров в подвале нежилого здания, примерно поровну поделенные между баром и кинозалом. В начале декабря оказалось, что этот маленький зеленоградский кинотеатр стал одним из трех мест в Москве, где можно посмотреть на большом экране отторгнутый сетевыми кинотеатрами документальный фильм об опальном российском олигархе.

В городе «Кинематограф» известен как место, где показывают артхаусное кино, тусуются неформалы и варят отличный какао. В качестве площадки для политического высказывания заведение выступает впервые. Даже скалящийся Микки-Маус, нарисованный на одной из стен будто с недоумением поглядывает на портрет Ходорковского на афише фильма. Администрация кинотеатра, впрочем, открещивается от политического подтекста.

— Решение показать этот фильм не связано с нашей позицией по этому делу, — заверяет меня администратор «Кинематографа» Алексей.

Но тут же добавляет:

— Во всяком случае, она стоит не на первом месте. Просто это хорошее кино, которое соответствует нашему формату.

Формат «Кинематографа» для случайного посетителя понятие относительное. На стенде при входе афиша «Ходорковского» соседствует с плакатом «Субмарины» — свежей артхаусной драмы о британском тинейджере, мечтающем лишиться девственности, — а в расписании на вечер документальный фильм об олигархе предваряет «Чапаев» — тот самый, 34-го года.

В ожидании показа «Ходорковского» разговоры в «фойе» идут, в основном, не о кино.

— Спрайт, ты на митинг в субботу идешь? — интересуется у бармена короткостриженный парень в клетчатой рубахе.

— Пока не решил.

Впрочем, политические темы близки не всем.

— Что за митинг? — спрашивает молодой человек, отвлекшийся от кружки пива.

— Ну как же — против выборов. В смысле, против нечестных выборов, — отвечает инициатор диалога тоном, не оставляющим сомнений в том, что он сам обязательно придет на митинг. И тут же наклонятся к подбежавшей обнюхать его Дусе — бойкому джек-рассел-терьеру, которая пришла в кинотеатр вместе с хозяйкой.

Я покупаю билет на сеанс, заказываю какао и пытаюсь завязать разговор с барменом.

— Вчера на первом показе «Ходорковского» семь человек было, сегодня, думаю, побольше придет, — делится он. — Права на показ фильма взяли у прокатной компании за процент от проданных билетов — это обычная практика. Кстати, на эту неделю пришлось на всякий случай составить два варианта расписания — боялись, что в последний момент фильм могут вообще официально запретить в России.

Бар постепенно заполняется людьми, которые пришли на сеанс. Столиков на всех не хватает, и зрители стоят посреди комнаты, ожидая, когда кончится показ «Чапаева». Даже Дуся, устав протискиваться меж ног посетителей, запрыгивает на диван на колени к хозяйке.

По поведению публики видно, что большая ее часть не принадлежит к тусовке «Кинематографа», а кто-то, возможно, вообще пришел сюда впервые. Зеленоградский зритель «Ходорковского» — в основном, молодежь от 20 до 30 лет. Среди публики выделяется Анна Владимировна, с которой мы столкнулись при входе. Учительница английского языка, большинству присутствующих она годится в матери, да и сама пришла с дочкой. 24-летняя Лена и стала инициатором семейного культпохода.

— Уговаривать маму долго не пришлось, — рассказывает девушка. — А вот папа, напротив, меня отговаривал — убеждал, что ничего нового я из этого фильма не узнаю. Но в том-то и дело, что мне и так ничего толком про дело Ходорковского неизвестно. Когда все это происходило, я была, можно сказать, в несознательном возрасте, совсем другие вещи тогда интересовали. К тому же, раз фильм чуть ли не запрещают, точно надо его посмотреть.

Показ «Чапаева» заканчивается с пятиминутным опозданием. Открывавшаяся дверь кинозала обнажает перед ждущими фильма о Ходорковском тот факт, что на кино о герое гражданской войны пришло всего несколько человек. Практически «Чапаев» и пустота. На «Ходорковском» в зале, рассчитанном на 24 зрителя, остается только одно свободное место.

— Аншлаги на регулярных сеансах — для нас дело нечастое, — признается администратор «Кинематографа». — «Ходорковский» действительно вызвал серьезный интерес у зрителей. Некоторые даже покупали билеты заранее, хотя обычно в этом нет необходимости.

Если сетевые кинотеатры отказались от показа фильма под предлогом заведомой убыточности, то для маленького клубного кинотеатра «Ходорковский» явно оказался коммерчески успешным проектом.

Какао-машина «Кинематографа» не справляется с количеством заказов, и бармен продолжает подносить чашки с фирменным напитком прямо во время сеанса, выискивая в темном зале, кому нужно надо отдать очередную порцию. Сквозь закрытую дверь в кинозал периодически прорывается азартный лай оставшейся в фойе Дуси. В руках нашей знакомой Лены светится смартфон.

— Ведешь трансляцию в твиттер?

— Нет, просто записываю некоторые мысли, чтобы потом поделиться с друзьями.

Как и большинство собравшихся здесь, Лена — представитель активной молодежи, которая интересуется процессами, происходящими в стране, но не может довольствоваться однобокой официальной позицией. Официальное замалчивание острых вопросов не устраивает этих ребят тем более. Для расширения кругозора они готовы находить пусть даже маленькие и не очень известные площадки, открытые для свободного высказывания. Слава богу, уходить в подполье для этого пока не надо.

Павел А., читатель Инфопортала

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

Прислать свой материал