Феномен перемен.
Именно такая мысль приходит в голову, когда знакомишься с появившимся в СМИ списком возможных переименований наших регионов и городов, улиц и площадей, станций метро. И это может случиться с нами уже в ближайшие 1—2 года.
Все-таки сильны и живучи у нас исторические «причуды». Ведь эта ожидаемая некоторыми общественными деятелями волна переименований будет уже третьей в нашей истории: начало положено в 1918—1939 гг. (революционный пафос перемен), затем продолжили традицию в 1990-х (Ленинград — Петербург и т.д.), но реально от этих знаковых перемен ничего серьезно не изменялось — это мнение многих известных наших экономистов, социологов.
А сегодня одним из главных возражений трезвомыслящих было и есть мнение о том, что это очень дорого: замена карт, бланков, указателей, уличных надписей, всех необходимых документов, паспортных данных и пр. Подсчитано, что смена названия только одной станции метро обойдется в сумму 1,5 млн. руб.!
А теперь — о логике истории, целесообразности и ценностях.
Вот примеры: став полностью частнокапиталистическими, многие известные фирмы-предприятия сохранили от советских времен свои названия (они стали брендами) — кондитерские фабрики «Красный Октябрь», «Большевик», «Рот Фронт», фабрика одежды «Большевичка», «Новая заря» (парфюмерия), а газеты, так те и вовсе впереди — «Советский спорт», «Комсомолка», «МК». Разве это мешает жить и работать? Риторический вопрос.
И что произойдет, если город Ульяновск (это не в честь ли семьи Ульяновых назвали?) станет Симбирском. Краснодар назовут Екатеринодаром, а Волгоград (который веками был Царицыным) — Сталинградом. Пройдемся далее по карте России. Планируется Ломоносов изменить на Ораниенбаум, Пушкин — на Царское село, Петродворец — на Петергоф! Это все города Ленинградской области — но где логика, ведь все знают, что не правят у нас цари аж с 1917 года, а немецкие названия никак не вяжутся в русский язык. Да и чем Александр Сергеевич Пушкин не заслужил оставить имя населенному пункту, где учился в Лицее?
Грозятся реформаторы переправить города: Буденновск — в Святой Крест, что на Ставрополье; в Калининградской обл. Советск — в Тильзит; Правдинск — во Фридланд; в Самарской обл. Тольятти — в Ставрополь-на-Волге, и т.д. и т.п.
И даже архипелаг Северная Земля подлежит переименованию в Землю Императора Николая Второго.
Всего же подсчитано, что в планах реформаторов не менее 50 изменений в географических и иных названиях. Вот так феномен! Вот так реформы. Что же, нам, россиянам, не в диковинку, потому что мы привыкли к ежедневным переменам. Но на пользу ли они нам всем? Да и средства бюджетные? А список улиц и площадей наших городов все пополняется — кроме столицы и Питера в нем уже Тверь, Киров, Иркутск…Широка страна моя родная. А что же у «них», на западе, с которого мы еще в конце 80-х бездумно стали копировать экономику и политику, спорт и культуру? Там все спокойно! Пример поучительный для нас — старая добрая Англия. Вот как были там в их столице Лондоне — Сити, Тауэр, Вестминстерское аббатство, Биг Бен, Сохо (район) — так и остаются веками. А пример с памятниками (из учебников по истории) — соседствуют рядом Кромвель, казненный им Карл I, Черчилль и Чемберлен. А еще в Париже (это уже французы) сохранены все памятники революционерам 18-го века, якобинцам, а также коммунарам 19-го. А сегодняшний гимн Франции — Марсельеза (песня патриотов-республиканцев), хотя там свято почитают и королей, и императора Наполеона. А с каким остервенением у нас смахивали с постаментов памятники в 91-м году.
Все течет, все изменяется. Но все-таки логика должна быть, то есть новые поколения имеют право на логику понимания происходящего.
Нынешний флагман Северного флота атомный ракетный крейсер «Петр Великий» до 1998 года носил имя партийного и государственного руководителя Ю.В. Андропова (очень уважаемого в нашей стране до сих пор). И не совсем понятно, увеличилась ли боевая мощь и эффективность данного боевого корабля от того, что стал он носить имя новое — императора Петра, который все свои реформы долго обдумывал, планировал, а уже после этого проводил в жизнь. А Россия при нем стала великой державой.
С. Григорьев
