!!! «Бабник»: лягушка вместо царевны

Как водится в наших палестинах (и к этому, к сожалению, уже начинаешь привыкать), название «Бабник» не совсем соответствует сюжету и тем событиям, которые происходят в фильме. Нет, сексапильный Никки (Катчер) тут пользуется оглушительным успехом у женского пола и с удовольствием этим пользуется, причем как в сугубо корыстных целях (становясь альфонсом у барышень не первой молодости), так и у юных красоток, которых он окучивает из любви к процессу. Но в первую очередь он — классический «приживала», готовый вместе с бурным и разнообразным сексом исполнять разные мелкие капризы своих спонсорш. Естественно, в обмен на роскошную крышу над головой, вкусную еду, стильные шмотки и пользование красивой машиной. Как считает сам Никки, он в совершенстве владеет искусством обольщения женского пола, как молодого, беззаботного и стройного, так и постарше, подвергшегося пластической реставрации в поисках уходящих лет. Так что жизнь в Лос-Анджелесе, городе мечты, куда он приехал эту самую мечту осуществлять, у него удалась. В определенном смысле Никки никакой не бабник, а очень даже профессионал своего дела, сознательно торгующий своим лицом и телом. Очередной его удачей становится знакомство в дорогом клубе с успешным адвокатом Самантой (Энн Хэч), богатой и одинокой блондинкой «за 40», живущей в шикарном особняке. Исполнив традиционную программу по охмурению с последующим стремительным и бурным сексом, Никки благополучно «пускает корни» в доме дамочки. Ну, а когда Саманта улетает в Нью-Йорк по делам, устраивает шумную вечеринку, с кучей девочек, шампанским, купанием в бассейне и прочими миллионерскими замашками. Вернувшаяся преждевременно хозяйка, которая застает его с одной из задержавшихся красоток, рада бы устроить скандал, но Никки ее быстро успокаивает самым доступным из способов. Надо сказать, что сцен с сексом где попало и видами обнаженного тела актера Катчера здесь на радость его поклонницам достаточно много, что не может не радовать женскую часть аудитории. Но это, так сказать, здесь не главное, хоть и весьма привлекательное для зрительниц. В общем и целом картина следует по давно накатанным рельсам, и когда Никки влюбляется в оказавшуюся не такой доступной официантку Хизер (Маргарита Левиева) и начинает всячески страдать, то этому повороту событий не то, что не удивляешься, его ждешь, как должного — ну, а как иначе, это же мелодрама, причем романтическая. Впрочем, надо отдать должное самоиронии актера и продюсера Катчера, который сам женат на вдвое его старшей актрисе Деми Мур. Для него эта роль — попытка немного расширить прилипшее амплуа смазливого пупса и поддать драматургии, что не может не вызывать уважения.

Другое дело, того, что принято называть харизмой, Катчеру по-прежнему не достает, а здесь бы это весьма не помешало. Его герой вдруг скидывает привычную маску обаятельного лентяя, превращаясь в по-юношески влюбленного романтика. Ну, а открытое лицо, как говорили в советском фильме «Первая перчатка», идеально подходит для прямого в челюсть, что не заставляет себя ждать. Простушка Хизер оказывается не так проста, как могло показаться с первого взгляда, а перемены, произошедшие с Никки, хоть и приносят ему новый неоценимый опыт, но при этом отшвыривают его обратно на обочину жизни, с которой он так упорно выбирался столь нехитрым способом. Так что еще одно ожидание — какого-никакого хэппи-энда — оказывается ложным, что вносит в это шаблонное зрелище хоть какое-нибудь разнообразие. В остальном же все сводится в грустную сказку, то ли о попрыгунчике-стрекозле, что лето красное пропел и оглянуться не успел (не оглянулась ли она, как поется в известной песне), то ли об обратной версии царевны-лягушки. Лягушка, а точнее — жаба, кстати говоря, тоже присутствует. Ей (жабе) ставший разносчиком пиццы и прочих мелочей Никки в финале скармливает беленькую мышку, и эта сцена на титрах впечатляет едва ли не больше, чем все ей предшествовавшее — ну, если не считать актера Катчера, дай бог здоровья его поклонницам.

Алексей Леонидов